Для голосування необхідно авторизуватись

Знакомство (часть 7)

Предыдущая часть – https://premiya.vidatiknigu.com.ua/cape-of-winter/znakomstvo-chast-6/

7.

 

«Охранные системы будущего». На рынке без малого вот уже семь лет. Штат – двадцать человек (считая директора и его самого). Раззнакомился со всем коллективом. Ира – единственная девушка. Веселая, добрая, умная. Андрей старается обходить ее стороной. Больше всего общается с Жекой – своим непосредственным руководителем. Вместе с ним под началом Жеки – Коля, Гриша и Зеленый. Зеленого в действительности зовут Пашей. Кличка на самом деле достаточно глупая, но у Андрея почему-то просто язык не поворачивается обращаться к нему по имени.

Андрей идет к автобусной остановке пару минут, потом где-то полчаса едет в Знаменский район. Но не сегодня.

Сегодня он направляется в местную больницу, чтобы получить третий укол от бешенства. Очередная пятница. Утро.

Пункт назначения находится в нескольких кварталах. Издали замечает странное скопление народа на перекрестке, где он должен сделать поворот. Пока идет к месту происшествия, видит, как санитары заносят кого-то на носилках внутрь машины скорой помощи. Оказавшись вблизи, наблюдает следующую картину: плачущая навзрыд женщина и безуспешно пытающийся утешить ее мужчина, припаркованная рядом полицейская машина, сам полицейский, разговаривающий с каким-то мужчиной, ограждение, внутри которого работают специалисты, пятно крови на асфальте, дюжина зевак. Причитания, негодования, разные версии и пересказы случившегося события…

Из разговоров Андрей узнает, что был сбит школьник. Насмерть. «Этот подонок даже не остановился»…

Вызвали соответствующие службы и так далее.

Андрей не стал задерживаться у места происшествия. Роль зеваки – не для него.

На душе – неприятный осадок.

До этого он шел в больницу, представляя и предвкушая встречу с молодой медсестрой. После этого в его голове образовалось тягостное отсутствие каких-либо мыслей.

К лучшему или к худшему, но той самой медсестры, которая делала ему предыдущие уколы, на месте не оказалось. Ну конечно. Почему-то до этого Андрей даже не задумывался над тем, что она тоже работает по определенному графику.

Ну да ладно. Свое он получил и отправился на работу.

 

* * *

 

На следующий день Владимир Леонидович нервно шагал по комнате из угла в угол: из «спальни» – в «кухню». Было слышно, как он дышит через нос.

– Значит, вот, до чего ты докатился…

– Не понимаю, что тебя здесь не устраивает.

– Да это же одиночная камера!

– Ну что за чушь? Не преувеличивай. Может, уже сядешь?

Не будем кривить душой, Андрею нравилось наблюдать за негодованием отца. Он чувствовал какое-то непонятное внутреннее удовлетворение. В тот момент им обладало странное спокойствие. На лицо так и просилась неуместная улыбка.

– Об этом я и говорю: у тебя даже второго стула нет!

– Садись ко мне на кровать.

– Не для того мы с твоей матерью всю жизнь трудились, чтобы ты прозябал в этой лачуге, – пропустив предложение сына мимо ушей, продолжил Владимир Леонидович.

– Пап, не начинай.

– Для чего, ты думаешь, мне эти деньги нужны? Я их что, с собой в могилу заберу?

– Можешь отдать их на благотворительность.

– Ты!!! Перестань говорить со мной в таком тоне! – на последних словах его голос перешел на шипение.

– Ты как всегда все неправильно понял.

– Я тебя прекрасно понимаю: ты наплевал на семью тогда, плюешь и сейчас.

– Нельзя винить меня за то, что я решил вылететь из гнезда. Мне следовало сделать это гораздо раньше.

– То есть, ты получил все, что хотел, и теперь мы тебе больше не нужны?!

– Опять двадцать пять! Почему ты вечно все перекручиваешь? Семья не сводится лишь к деньгам и положению в обществе. Мне не нужны ваши деньги, да. Ваша поддержка мне гораздо нужнее! Неужели ты не гордишься своим сыном?

– Как я могу? Мой сын превратился в ничто!

– Только в твоих глазах…

– Неужели ты не понимаешь? Зачем каждый раз новому поколению начинать с нуля? Мне тяжело смотреть, как ты разбрасываешься своими возможностями. Ты не хватаешься за предоставленный тебе шанс лишь потому, что… Почему же? Потому что этот шанс дал тебе я? Что плохого в том, что я заложил твой фундамент?

– Потому что я не хочу становиться твоей копией, ясно?! – Андрей встал с кровати.

Они с отцом долго смотрели друг на друга.

– Послушай, я признаю, что был неправ, – Владимир Леонидович сел на кровать, словно лишился последних сил. – Ты самостоятельный человек. Ты сам принимаешь решения. Ты доказал, что всего можешь добиться один. Но теперь-то ты можешь вернуться домой? У меня в компании как раз освободилось место…

– Но я уже нашел свое место. И мое место здесь. Если хочешь, я счастлив. Возможно даже, впервые за многие годы по-настоящему счастлив! Жаль, что ты не можешь за меня просто порадоваться.

– Я порадуюсь за тебя, когда ты обзаведешься собственной семьей, когда увижу, как подрастают мои внуки… Сейчас ты говоришь все это, потому что ты до сих пор один. Появятся дети – запоешь по-другому. Ты не захочешь, чтобы они жили в таком месте. Для своей семьи – особенно для собственных детей – ты всегда будешь хотеть только самого лучшего.

– Неужели ты думаешь, что я напрочь лишен амбиций? Я не собираюсь жить здесь вечно, но сейчас мне здесь нравится. Позволь мне немного пожить в свое удовольствие. Найти свой собственный путь…

– Да какой путь ты здесь собираешься искать? Среди этой нищеты…

– Да о чем ты говоришь? Ну какая нищета? Я что, бледный и болезненно выгляжу? Ты видишь у меня мешки под глазами? Я слишком тощий?!

– Кстати, а почему бы нам не перекусить. Мы с твоим отцом ничего не ели с самого утра, – вмешалась, наконец, Ольга Игоревна.

В этом вся мама.

Андрей ни на секунду не сомневался, что инициатором этой затеи была именно она. Он примерно представлял, каких трудов ей стоило склонить к этому его упрямца-отца.

 

Странно, но мама, которая первая заявила о том, что нужно подкрепиться, сама почти ничего не съела. К тому же какая-то она молчаливая. До сих пор не поинтересовалась, нашел ли он себе здесь уже кого-нибудь…

Теперь это его беспокоит. Родители Андрея – не настолько сентиментальные, чтобы переться за тридевять земель с целью просто сказать сыну: «Возвращайся».

Если присмотреться, Ольга Игоревна потеряла в весе, да и цвет кожи у нее более желтый, чем нужно.

– Мам, что случилось? – спросил он тоном, не приемлющим более никаких увиливаний.

Склонившаяся над миской с уже остывшим блюдом, она подняла глаза. Доедавший свою порцию Игорь Леонидович сделал последний глоток и отодвинул тарелку в сторону.

Ольга Игоревна посмотрела мужу прямо в глаза, словно искала в них сил, потому что ее собственные ее покинули. Потом она перевела свой взгляд на сына и, когда ладонь мужа накрыла ее руку, сказала:

– У меня рак.

 

* * *

 

Компания, в которой он работает, занимает помещение на первом этаже, которое можно условно разделить на две части: отдельный кабинет директора, расположившийся в углу (дверь в его кабинет находится аккурат напротив входной двери), и общий рабочий зал. Помещение весьма просторное и вполне выдержит увеличение штата вплоть до тридцати человек. Интерьер выглядит довольно просто, без лишней вычурности. Столы сдвинуты друг к другу группами и образовывают такие себе островки – очаги повседневной работы. Каждое рабочее место, кроме обычного оборудования, имеет при себе также всякие мелочи и безделушки своего владельца. За время работы Андрея его стол (предварительно внесенный и оборудованный всем необходимым) тоже начинает обзаводиться отличительными признаками, хотя до этого его можно было отличить как раз по отсутствию всяких отличительных признаков. Стол Иры стоит особняком. Он ближе всего к входной двери. Компьютеры, мониторы, кресла на колесиках, принтеры, шкафчики вдоль стены, огромная монстера – ждут его… Но не сегодня.

Сегодня четырнадцатый день – очередная пятница.

Он стоит на перекрестке перед светофором. Решил сделать небольшой крюк – не хотел проходить мимо места происшествия. Механизм мерно отсчитывает секунды. Андрей наблюдает за сменяющими друг друга красными цифрами: 27, 26, 25…

Повернул голову вправо на удивительно звонкий стук каблуков по тротуару. Видение из другого мира: иссиня черные волосы (удлиненная челка убрана на левую сторону, длинные пряди лесенкой) обрамляют лицо формы сердца, широкие черные брови, длинные и густые ресницы, черные глаза овальной формы, точеный носик, полные губы, немного смуглая кожа. Ее взгляд просто обворожителен. Надменное выражение лица явно говорит о том, что она прекрасно знает себе цену. Андрей просто не мог оторвать от нее глаз. Она быстрым и уверенным шагом прошла позади буквально в метре от него. Аромат каких-то пряностей…

Он повернул голову влево, чтобы посмотреть ей вслед, и увидел возле себя еще одного молодого человека, очарованного ее красотой. Девушка переходила дорогу, когда зеленый уже начал мигать. Парень уже было кинулся следом за ней, как вдруг откуда ни возьмись какая-то старушка перегородила ему дорогу. Время нисколько не пожалело эту женщину: абсолютно седая, с лицом, изрезанным морщинами, сгорбленная, с трясущимися руками. Слабым дрожащим голосом она спросила, горит ли зеленый и попросила перевести ее через дорогу. На противоположной стороне светофор как раз досчитал до одного и сменил свой цвет. По улице, которую перешла девушка, началось движение. Андрей мог почувствовать всю силу отчаяния парня, который не мог отказать старушке. Шанс был утерян. Это утреннее происшествие даже придало Андрею некоего подобия внутренней решимости и уверенности.

Однако нужной медсестры не оказалось на месте. Эти процедурные медсестры работают здесь по какому-то уму не постижимому графику. В прошлую пятницу он думал, что имеет в запасе еще целых четыре попытки пригласить молодую медсестру. Оказалось, попыток у него гораздо меньше.

Теперь голова Андрея полностью занята тревожными мыслями. Он никак не может забыть ту роковую реплику мамы: память снова и снова прокручивает ее, словно заевшую пластинку. Почему они ему сразу не сказали?!

Поджелудочная железа…

К доктору обратились лишь тогда, когда боли в пояснице стали невыносимыми. Это случилось почти сразу после его отъезда. Обнаружили III стадию. Проводить операцию уже было достаточно опасно. Шансы были настолько неблагоприятны, что родители решили не рисковать. В итоге через три месяца диагностировали появление удаленных метастаз – IV стадия. Врачи объявили, что жить ей осталось от силы полгода-год.

Лишь после того, как этот срок был озвучен, она решила сообщить сыну…

Андрей не мог ее за это винить. Его все это время не было рядом. Винит ли он себя? Жалеет ли о своем поступке? Он пока даже не знает, какие эмоции испытывать. Сейчас ему просто погано. В какие чувства это потом трансформируется, пока неясно.

Мама отправляется в столицу. В хоспис. И хотя аналогичное заведение находится и в их родном городе, Владимир Леонидович решил обеспечить жене наилучший уход. К тому же до столицы – всего пара часов.

Андрей остался в Белостенном. Он просто не мог иначе. Он понимал: у себя в городе, в столице – он этого не выдержит.

 

* * *

 

Так с момента укуса собаки прошел месяц. Конец апреля. Время пятого укола. Дожди льют уже почти целую неделю. Старушку-домовладельщицу не видел уже второй месяц. Ну, Андрей регулярно переводит необходимую сумму на соответствующий счет в банке, жалоб на него никаких нет, вот она, по всей видимости, и не видит особой нужды наведываться к нему.

Так и живет: работа – дом, дом – работа. Ждал следующего визита в больницу, как праздника.

К тому же в процедурном кабинете на этот раз его встретила та самая медсестра. Андрей поприветствовал ее, словно старую подругу, с которой он уже черт знает сколько не виделся. Итак, если не сегодня, то другой возможности может и не быть. Почему бы и нет? Она должна быть свободной. А если нет… Ну, попытка – не пытка. Вот только Андрей все ждал подходящего момента, а он как на зло не приходил. Какие-то пять минут – и все закончилось. Ему пора уходить. Неужели это закончится именно так – даже не начавшись? Но, как оказалось, она тоже собиралась на пару минут оставить свой кабинет: нужно было обсудить что-то с каким-то доктором, – и Андрей ухватился за эту возможность.

– Я вас провожу!

И вот они идут по коридору. С каждым проделанным шагом он понимает, что понемногу начинает сходить с ума. Сердце бьется, как бешеное. Чувствует, как пол уходит из-под ног… Это не может больше продолжаться. Он должен это прекратить!

– Послушайте, а не согласитесь ли вы…

«…поужинать со мной в ваш следующий выходной?» – не договорил он, так как из какого-то очередного кабинета, жутко кашляя, вышла девушка.

Блондинка с золотыми вьющимися волосами. Овальное лицо с небольшим носом, острым подбородком и чуть приподнятыми скулами. Зеленые миндалевидные глаза и дугообразные брови. В тот момент она выглядела просто ужасно, подумал Андрей, но…

Он застыл.

– Так что вы там говорили? – спросила, остановившись, ушедшая несколько вперед медсестра.

Что это было?

Вопрос медсестры отвлек его от девушки.

– Что? А… эммм… Не согласитесь ли вы отменить последний шестой укол?

Она поморщилась.

– Но вы же сами сказали, что собака…

– Пропала. Это же не обязательно должно значить, что она умерла?

Улыбнулась.

– Шестой укол будет вас ждать через два месяца.

Передумал. Он ведь даже имени ее не знает. К тому же…

Попрощался с ней и выбежал на улицу. Какое-то странное чувство.

Но громко кашляющей блондинки и след простыл… Как сквозь землю провалилась.

 

После того, как увидел ее, больше ни о чем не мог думать. Каждый раз, когда закрывал глаза, перед ним возникал лишь ее образ, выжженный в памяти. Последующие дни именно она занимала все его мысли.

2

Автор публікації

Офлайн 7 днів

Cape of Winter

17
Коментарі: 0Публікації: 12Реєстрація: 24-06-2020

Бронзове перо

Достижение получено 19.09.2021
Присвоюється автору, який подав на сайт 10 і більше публікацій