Для голосування необхідно авторизуватись

Знакомство (часть 8)

Предыдущая часть – https://premiya.vidatiknigu.com.ua/cape-of-winter/znakomstvo-chast-7/

8.

 

Он только что наполнил вином оба бокала.

– Значит, их встреча состоялась.

Края бокалов соприкоснулись, издав легкий звон.

– Ну, применительно к той ситуации, которая сложилась сегодня в больнице, «встреча» – слишком громкое слово. Но, по крайней мере, мой Андрей теперь хотя бы знает о существовании твоей избранницы. Еле удержалась, чтобы не вмешаться. Они просто прошли мимо друг друга! Твоя так вообще в упор ничего не замечала вокруг себя… Ты знаешь, до того, как Андрей увидел ее, он чуть не пригласил на свидание меня. Наблюдать за его душевными переживаниями было так забавно. Ах, даже не знаю… Не появись она так кстати в тот момент в коридоре, я бы просто не устояла перед соблазном ответить «да», – Лиза закончила фразу своей фирменной улыбкой и, насладившись ароматом напитка, отпила немного.

– Ты уже и так нарушила правила, – Вадим последовал ее примеру. – После того, как ты кого-то выбрала, с ним больше нельзя вступать в прямой контакт, иначе…

– А нечего было позволять Чарли искусать Андрея! Сам виноват.

Она неожиданно замолчала. Интонация говорила о том, что за этой фразой должно последовать продолжение, но Лиза словно увидела что-то, что отвлекло ее. Какое-то слово несколько раз пыталось сорваться с ее губ, но они лишь беззвучно двигались. Наконец…

– Но пришла я не из-за этого. Ты ведь уже в курсе, что в этом городе появился нежелательный гость?

– И что? Вряд ли он знает о нашем существовании, а тем более о том, что мы находимся здесь. Не думаю, что с ним возникнут какие-то проблемы.

– Но твоя Арина видела его. Рано или поздно, но он об этом непременно узнает. Вот тогда-то и могут начаться настоящие проблемы… Мне он ничего не сделает, однако как прикажешь охранять от него Арину? Этот ее дар – твоих рук дело?

– Она с ним родилась, но пробудился он лишь после той ночи, хотя сама она до сих пор, похоже, ни о чем не подозревает.

– Ты из-за этого ее выбрал?

– Нет, на мой выбор это никак не повлияло.

– По-моему, мы с тобой начинаем терять хватку. Очень уж много переменных в этот раз остались не учтены. К тому же этот город… Он мне не нравится. Он как будто притягивает к себе всякую нечисть. И знаешь, что я тебе скажу? Помяни мое слово: то ли еще будет…

 

* * *

 

На следующей неделе дожди закончились и началась просто сказочная погода. В субботу Лиза и Вадим вышли в парк: она присела на одну из скамеек, он выбрал скамейку напротив.

Перед ним – мольберт, в руках – палитра и кисть. Она сидит в пол-оборота с только что зафиксированным ярко оранжевым кленовым листом в волосах.

– Весна же на дворе.

– И что? Рисуй молча.

– Задержи эту улыбку. Так, немного опусти взгляд. Отлично. Так и сиди.

– Почему ты решил снова меня нарисовать?

– Написать портрет.

– Неважно. Мы же с тобой в веке цифровой фотографии. Почему бы не наделать кучу совместных снимков?

– Ты же знаешь мой консервативный характер…

– Значит, решено: я покупаю фотоаппарат.

– Хорошо, только головой не верти.

Он принялся за дело.

– Как работа?

– Тебе же неинтересно.

– Все же лучше, чем просто сидеть молча. Тогда сам предлагай тему для беседы.

Вадим задумался.

– Ты не замечала за людьми довольно странную привычку: если кто-то вдруг, по их мнению, поступает неправильно, а потом у него в жизни не все хорошо, они говорят «так ему и надо»?

– Тебя это удивляет? Глупые люди не могут простить себе свое желание поступить точно так же «неправильно», потому что ими руководит подсознательный страх, скормленный им извне точно такими же трусами под соусом «правильности». Страх перед собственными желаниями заставляет человека добровольно заковывать себя в цепи. Все это для того, чтобы теперь человек смог оправдать себя тем, что он поступил бы «неправильно»: нет, он не трус, он – молодец, настоящий пример для подражания… Но некоторые люди не хотят жить по придуманным кем-то правилам. К счастью или сожалению, они решают сами принимать за себя решения, тем самым напоминая нашему обывателю о его трусости. Он не может смириться с этим и начинает искать проявления «псевдосправедливости», а когда он их находит, то считает подтверждением собственной правоты: «сделаешь нечто подобное – и с тобой случится то же самое», – можно спать спокойно. По крайней мере, сегодня…

– По-моему, ты слишком абсолютизируешь и драматизируешь… Неужели всегда страх? Страх перед желаниями?

– Ну почему же? Не всегда. Есть и гораздо более запущенные случаи: когда человеку просто вбили в голову установку «делай правильно – делай вот так», а он и рад (потому что самому думать не нужно).

– Но все-таки у него при этом хватает времени смотреть по сторонам и оглядываться на других.

– А как же. Когда трусливый человек, ничего не делая, стоит на месте перед очередным препятствием (пускай даже мнимым), что ему остается делать, как не смотреть по сторонам?

– Чересчур многого сейчас боится человек…

– Да ладно. Не делай из мухи слона, а еще лучше – просто не обращай внимания. На людях мир клином не сошелся. Пускай себе и дальше живут в своих иллюзиях, тебе то что? У каждого своя правда, в конце концов, – Лиза сдвинула плечами.

– Тебе ведь это нравится, – Вадим посмотрел на Лизу и улыбнулся укоризненной улыбкой. – Сначала навязать иллюзию «правильности/неправильности», а потом, невзначай так, бросить «у каждого своя правда» – остается лишь смотреть, как человек беспомощно барахтается в этом водовороте. Вот только при всем этом он еще и умудряется попутно судить других.

– Да, да, да. Пресловутое «не суди, и не судим будешь». Скучно… И ты скучен. Скучен точно так же, как и все люди с этой «странной» привычкой, о которой ты говоришь. Но я придумала кое-что получше. В мире полно гораздо более интересных людей. Что скажешь на такой вот способ мышления: «Если у меня есть корова, то пусть у соседа их будет две, чтобы он у меня не просил молока каждый раз»?

– Что жадность этого человека настолько огромна, что даже заставляет его желать ближнему своему в два раза большее благо.

– Ну неужели не поразительно?

– Грустно. Сколько раз я встречал таких вот «добрых» людей, помогавших другим лишь потому, что им нравилось видеть себя в роли благодетеля. Все лишь для того, чтобы потешить свое самолюбие.

– Зато все довольны: кто-то потешил свое самолюбие, а кто-то остался накормленным. Что плохого? А грустно – это когда «чужая беда – своя радость». «Ура, у соседа корова сдохла! Хоть и не родня, а приятно!»

– С чего вдруг для тебя это грустно?

– С того, что не я их этому научила! В смысле радоваться чужому горю… Они сами к этому пришли.

– Ну так гордилась бы лучше за них.

Лизе его последняя реплика и интонация, с которой она была сказана, совершенно не понравились:

– Это не смешно.

Вдруг к Вадиму подсел какой-то молодой человек.

– Вы не возражаете?

Вадим посмотрел на этого человека. Ничего примечательного: обычная внешность, простая одежда.

– Нисколько.

– А то знаете этих людей, которые слишком трепетно относятся к своему личному пространству… Если заходят в автобус и видят свободное место для одного пассажира, а рядом точно такое же, но для двоих, то выбирают почти всегда первое. Всегда смотрят исключительно в окно, будто отказываются замечать всех остальных в салоне. А когда ты подсаживаешься к ним, хотя еще есть свободные места, они смотрят на тебя таким взглядом… потом на то свободное место, куда бы ты мог сесть вместо того, чтобы подсаживаться к ним… потом снова на тебя… потом отворачиваются к окну. Просто жуть.

– Вас тревожит проблема отчуждения? – с едва уловимой улыбкой спросил Вадим.

– Даже не знаю. Странно. Наверное, я странный, но… Вот взять какого-то обычного человека. Идет себе по улице, и вдруг ему вспоминается что-то хорошее, приятное. Ему хочется улыбаться. Большинство в этот момент будет давить в себе эту улыбку, ибо остальные прохожие с кислыми и пресными минами будут осуждающе смотреть на него – идущего по дороге и улыбающегося самому себе – как на какого-то умалишенного…

– Хм. Если честно, мы с моей моделью как раз говорили о чем-то подобном.

– Да неужели? И к чему вы пришли?

– Люди просто боятся. А вы… почему вдруг решили вмешаться в наш разговор?

– Не каждый же день увидишь художника, да к тому же вместе с такой прекрасной моделью.

Молодой человек посмотрел на руки Вадима и Лизы. Ни у кого на пальце не было обручального кольца. Но он не хотел влезать со своими расспросами в их отношения. К тому же, почему они не могут просто быть художником и моделью? Вместо этого…

– Ваша рука чувствует себя достаточно уверенно, к тому же вы смешиваете цвета со знанием дела, как по мне. Сам я в этом ничего не смыслю, но искренне восхищаюсь людьми, способными создавать нечто… подобное. А когда представляется столь удачная возможность понаблюдать за самим процессом творения, то почему бы и нет? – спросил он, глядя на полотно со склоненной набок головой.

– Вы слишком открыты. Вы уязвимы, – с самодовольной улыбкой произнесла, вмешавшись, Лиза.

Молодой человек перевел взгляд на нее.

– Вам следует понимать мои слова буквально. Неприятности притягивают другие неприятности. Со стороны мы, наверное, кажемся довольно интересной парой. Так и есть. Интересные люди точно так же тянутся к интересным людям. Необычные вещи – к необычным вещам. Мы получаем удовольствие, просто находясь друг с другом. Сидя здесь в парке. Разговаривая с вами… Из двух сердец одно покрыто броней, которая все отражает, второе же все пропускает через себя. Какое вы будете считать более уязвимым, а какое – более сильным и… приспособленным? Перед ответом вы спроецируете эти две ситуации на самого себя, но в итоге в самом ответе вы слукавите. Это не страшно. Вы ведь искренне желаете стать именно вторым сердцем, не так ли? Желание – вот залог будущего счастья.

– Охо… – вздохнул Вадим.

– Ого, это было… сильно. Значит, вы – психолог, а вы – художник. Как вы познакомились? – не выдержал и с улыбкой на лице спросил молодой человек.

– Творец, я бы сказала. Творец, а не художник. Спектр хобби сидящего рядом с вами человека не ограничивается одной лишь живописью. А познакомились мы из-за моей профессии. Мне всегда было интересно, как в предмете искусства отображается психология его создателя. Вы же понимаете, что он сейчас рисует… нет… пишет совсем не мой портрет, а свой?

Молодой человек нахмурился.

– Что-то такое я читал… в «Портрете Дориана Грея», кажется. Там еще автор довольно известный, как же его…

– Оскар Уайльд, – помог Вадим.

– Точно.

– Вот он меня понимал… – довольно ответила Лиза.

Вадим оторвал глаза от полотна и удивленно посмотрел на нее. Молодой человек тоже немного растерялся.

Немного увлеклась.

– … бы, – поправила она. – Понимал бы, если бы мы жили в одно время. Я это чувствую. Да, я определенно хотела бы с ним познакомиться.

После этого она снова погрузилась в молчание.

– Хобби, да? И хотя картина еще далека от завершения, осмелюсь сказать, что у вас талант. Но кто…

Его прервала мелодия. Молодой человек достал телефон, поднес к уху.

– Да, привет.

«…»

– Да нет.

«…»

– Сейчас?

«…»

– Ладно…

Спрятал телефон. Посмотрел на погруженного в свою работу Вадима, на неподвижную Лизу.

– Что ж, приятно было побеседовать.

– Взаимно, – ответил Вадим.

– И определенно полезно было узнать немного о себе и о своем желании.

Молодой человек произнес это с улыбкой, глядя в сторону Лизы, но она ничего ему так и не ответила. Он ушел.

– Да он не иначе как тебе понравился, – заметил Вадим вскоре после этого.

– Он, по крайней мере, будет до конца честен с собой и со своими желаниями. Но у него еще не самое безнадежное положение. Желание-то безобидное. А вот если желание… мягко говоря, не вписывается в стандарты? «Извращенное»? «Опасное»? В таких случаях сейчас все труднее и труднее найти людей, способных жить в гармонии с собой.

– Согласен.

Ответной реплики не последовало. Как странно. Лиза о чем-то серьезно задумалась.

– Кстати, вдруг вспомнил. Я давно не слышал, как ты играешь на виолончели.

– Я ее сожгла.

– Почему?

– Долгая история.

– Эм… Я вообще-то твой портрет пишу. Это займет еще пару часов как минимум.

– Не хочу!

– Как знаешь.

После паузы:

– Ты знаешь, что готовится третий пир? Больше двух предыдущих. И очень скоро…

– Очень скоро для тебя или для людей?

– Как сказать… У людей успеет смениться одно поколение. Это достаточно скоро?

– И какова вероятность?

– Когда в последний раз я заглядывал в будущее, то видел 27 возможных веток, одной из которых была та, что меня напугала. Теперь я вижу только 7 возможных вариантов этого мира, и один из них по-прежнему меня пугает… Тот мир, который они возведут на руинах… в нем уже не будет для нас места.

– Вот теперь и мне страшно…

2

Автор публікації

Офлайн 6 днів

Cape of Winter

19
Коментарі: 0Публікації: 14Реєстрація: 24-06-2020

Бронзове перо

Достижение получено 19.09.2021
Присвоюється автору, який подав на сайт 10 і більше публікацій