Для голосування необхідно авторизуватись

Знакомство (часть 0)

P.S. Где я только не размещал эту историю. Первая проба пера, так сказать. Шестилетней давности. Возможно, кому-то из здешних посетителей она тоже придется по душе. Так что представляю вашему вниманию…

0.

Мечты одна за другой увяли с приходом весны. Единственная надежда разошлась по швам. От прежней жизни осталась лишь треснутая оболочка. Весь возводимый с такими усилиями мир разлетелся тысячами осколков, впившихся в самое сердце. С каждым новым шагом, совершаемым с неимоверным трудом, его удары становились все отчетливей, а ритм учащался. Ни следа не осталось от той парящей походки, сравнимой лишь с тончайшей шелковой ткани платком, пущенным вслед дуновению ветра. Эти движения – когда-то легкие, плавные, воздушные – испарились. Гордая осанка, надменная улыбка исчезли, словно утренний туман. Застывшие в неудержимом рыдании сухими и невидимыми слезами глаза смотрят вперед каким-то отсутствующим взглядом. Сквозь неплотно сомкнутые губы вырываются вопли отчаявшейся, разорванной души. Сознание уже крепко спит.

Сломлена.

И невероятно прекрасна. Чарующая, манящая. Кто знает, быть может, лишь в этом обреченном состоянии…

А если нет, то насколько неотразимой ее сделают легкий макияж и эффектный наряд?

Но почему настолько незаметная?!

 

После трехдневного дождя садящееся солнце светит исключительно ярко и будто специально выхватывает из этого унылого скопления своими лучами именно ее.

 

Идет не оглядываясь. Одиноко бредет в толпе. Вокруг вереницей тянутся размытые силуэты, отражения в стеклах, безликие прохожие – бессмысленные тени.

Нельзя сказать, чтобы погружена в собственные мысли. Мыслей нет. Нет сомнений. Да, сомнений больше нет…

«Не надо», – внезапно прозвучал голос, отчетливо различимый среди этой гаммы разрозненных звуков суетливого шума, и вся душа затрепетала от ощущения тепла и умиротворения.

Она почувствовала чью-то руку на своем левом запястье: кто-то, проходящий мимо, схватил ее.

Одернула руку, но вырваться не смогла. Попыталась помочь себе свободной рукой, но ее схватили за второе запястье.

Стало так спокойно…

«Не надо», ‒ повторил голос.

Всего лишь мгновение. Они стояли друг напротив друга – лицом к лицу, и она понимала, что к ней обращается именно он, хотя его губы оставались плотно сомкнутыми.

Мужчина. На вид лет сорока. Не совсем ухоженный. С рыжей бородой и длинными волосами. На лице отчетливо виднелась пара морщин. Старый, изношенный плащ…

Это все, что она смогла потом вспомнить, но сейчас… Сейчас ее уже никто не держит. Она просто стоит и смотрит кому-то вслед, пока этот человек окончательно не теряется среди прохожих.

Что это только что было? Кто это был? Может, ей просто почудилось?

 

Квартира. Кое-как все-таки добралась до этого теперь уже ненавистного места. Скрепя сердце повернула ключ в замке. Эти щелчки… как же они режут слух. Дверь открывается медленно и бесшумно.

Темная и пустая прихожая. Невыносимо. Все, что осталось от ее жизни, – это пустота… и темнота.

Не нарушая тишину, будто боится кого-то спугнуть, потревожить, снимает туфли: сначала один, потом второй. Боль в ногах заставляет пожалеть о решении пройти весь путь пешком. Даже не воспользовалась лифтом, когда поднималась. Зато было достаточно времени все обдумать.

Не включая свет, снимает пальто. Подносит держащую его левую руку к несуществующему крючку на стене. Не реагирует на звук упавшего на пол пальто. Идет дальше.

Не обращает внимания на тени на стенах. Тени презрительно смеются над ней. Она буквально чувствует на себе их липкие взгляды. Становится невыносимо душно. Как же эти стены – когда-то родные – теперь давят.

Открывает окно в спальне. Еще миг назад приглушенные звуки вечернего города теперь наполняют своей какофонией всю комнату. Лавина раздражающего шума накрывает ее.

Закрывает глаза. Вдыхает. Медленно наполняет легкие свежим отравленным воздухом. Лицо чувствует лишь легкое ласкающее прикосновение ветра. Противно. Противно и жарко. Устало снимает с себя одежду. Идет в другую комнату.

Открывает окно в гостиной. В окнах квартиры напротив не горит свет. Пытается вспомнить, живет ли там сейчас вообще кто-нибудь? Она в одном белье. Перегибается через подоконник. Внизу кто-то одиноко бредет по улице. Сколько отсюда метров до земли? Отходит от окна. Избавляется от остатков своей одежды.

Жарко.

Она в ванной. Обнаженная.

Тщательно рассматривает лезвие. Звук воды из-под крана успокаивает. Бледное освещение не раздражает глаза. Ей все еще жарко, но она почему-то дрожит.

Неожиданно ее голову посещает мысль: а закрыла ли она входную дверь? Впрочем, это уже не важно.

Ванна наполнена доверху. Она медленно проводит рукой по воде – осторожно, – будто гладит ее. Наблюдает за еле заметными волнениями на поверхности.

Вода выплескивается. Теперь она по шею погружена. Осталось лишь перерезать эту тонкую нить. Одно движение…

Закрывает глаза. Не дрожащей рукой проводит на своей плоти роковую черту.

Багровый цвет. Цвет покидающей тело жизни. Медленно и неумолимо, завораживающе… Почему ванна не наполняется им?

Не такую картину она ожидала увидеть, когда открыла глаза. Воображение уже рисовало перед ней… но…

Где порез? Что не так?

Провела по левому запястью еще раз. И еще. Сменила руку. С силой полоснула себя по другому запястью. Острое! Это чертово лезвие острое! Почему оно не режет?! Почему она не может уйти так, как хочет?!

Злость. Отчаяние. Непонимание.

Глаза перестают отчетливо видеть. Вся комната теперь кажется какой-то размытой, плывет перед глазами. Ее глаза горят. Огонь стекает по щекам.

Она поднимается. Вылезает из ванной. Подходит к зеркалу. Рука дрожит. Ее лицо исказилось в глухом рыдании.

Подносит лезвие к своей шее. Чувствует острый поцелуй холодной стали на своей коже. Собрав всю свою решимость, с диким криком… она…

 

/

 

Он проходил как раз под ее окном, когда она перегнулась через подоконник. Улица была достаточно плохо освещена, чтобы вечер скрыл, смазал все черты его лица, спрятал почти все цвета, и все же он не поднял голову. Он не посмотрел на нее в последний раз: прошел с опущенной головой.

К тому времени, когда она закричала, мужчина уже был в нескольких кварталах от многоэтажного дома, в котором жила девушка. Он не слышал ее криков, да и не мог слышать. Он просто знал, что она кричала.

 

На город опустилась ночь. Разрозненные звуки постепенно начали угасать, и скоро угасли все. Все, кроме…

Пум.

Пум.

Пум.

Мужчина тогда шел по парку. Остановился. Прислушался. Повернулся влево и зашагал в направлении доносившихся звуков.

На совершенно пустой детской площадке, почти в полной темноте, одинокая маленькая девочка играла с резиновым мячом. Мяч отскакивал от земли, девочка ловила его обеими руками и с силой посылала обратно. Вот и сейчас он подпрыгнул вверх, на мгновение замер в воздухе над головой у девочки и через секунду упал в ее руки, но на этот раз там и остался.

Девочка посмотрела в сторону. Она долго вглядывалась в темноту. Она смотрела в точности туда, откуда через несколько минут появился мужчина. Она знала, что он придет.

Девочка осталась стоять на месте, даже когда увидела его. Мужчина молча подошел и остановился на расстоянии, которое позволяло ему как следует рассмотреть это маленькое, хрупкое создание, с интересом рассматривающее его самого.

Наконец, его губы пришли в движение:

– Девочкам не следует играть в подобное время в подобном месте.

В ответ – звонкое, короткое хихикание.

– Ну и где же ты тут видишь девочек?

Неожиданно она бросила мяч прямо в лицо мужчины. Он поймал его обеими руками всего в паре дюймов от своего носа, а когда опустил…

Девочки и след простыл. Теперь перед ним стояла уже полностью оформившаяся женщина. Каштановые прямые волосы до плеч. Немного вздернутый нос. Розовые губы и чуть смуглая кожа. Их глаза находились на одном уровне: его – карие; ее – один зеленый, второй – янтарного цвета.

На ней новое красное пальто. С виду очень теплое. Что-то подсказывает мужчине, что сейчас на ней надето только оно. На ногах – красные сапоги.

– Ты мне больше нравилась, когда была девочкой.

– Ой, да ладно тебе. Признайся, что хочешь прямо здесь и сейчас сорвать с меня это пальто.

Ее лукавый взгляд, ее лукавая улыбка, лукавый изгиб ее бровей…

– Само искушение во плоти, – прокомментировал мужчина.

Женщина подошла ближе.

– Зато ты, как я погляжу, сама посредственность. Впрочем, как обычно. Скука смертная. И где тебя носило? Честно, я даже начала молиться, чтобы меня увидел какой-то педофил. Хоть как-то бы скоротала время…

– Молиться даже начала, говоришь?

– Ой, не придирайся к словам.

С этими словами она просунула у него под рукой свою руку и оставила ее там. Мужчина поспешил согнуть руку в локте и отставить его немного в сторону, чтобы даме было удобнее.

Так они и вышли из парка.

Женщина прильнула к нему еще ближе.

– Ну так что, ты меня порадуешь? – спросила сонным голосом, подавив зевок.

– Все так, как было задумано.

– Ммммма, – она оставила на его щеке смачный поцелуй. – Я тебя обожаю! Жду не дождусь второго акта. Ох, какая же все-таки отличная пятница!

– Уже суббота. И тебе придется подождать. Суббота – мой заветный выходной.

– Знаю-знаю…

– А пока можешь рассказать мне о своем «первом акте».

– С удовольствием.

– Я так понимаю, кольцо на твоем пальце – оттуда же?

– Ага. В общем, слушай…

2

Автор публікації

Офлайн 1 день

Cape of Winter

13
Коментарі: 0Публікації: 10Реєстрація: 24-06-2020

Бронзове перо

Достижение получено 19.09.2021
Присвоюється автору, який подав на сайт 10 і більше публікацій