Спросил я мимоходом у шута: — По нраву ль жизнь тебе, мой шут, такая? Проста она иль всё же непроста? Живёшь ли ты, всю жизнь шута играя? — Страдаю ль я, играя эту роль? Возможно, но частенько так бывает, что правит шут страной, а не король, при этом ни за что не отвечает… Фригийский мой поношенный колпак ценней, чем королевская корона, а сам я, глупый, маленький дурак — важнейшая, нужнейшая персона… Лишь мне дано свободно говорить и вольным в этом рабском мире быть…
Мы обижались и сопели… Сердились… Стали забывать… И “европейскою” успели Её сомнительно назвать… Но чудо – чудное случилось: К Зиме вернулась благодать! […]